Звезды на сером фоне

“Теперь позвольте пару слов без протокола. Чему нас учит семья и школа?” Накануне уважаемые нижегородские эксперты отставили в сторону политические раскопки и нашли повод поговорить о жизни. Да, были времена, когда школа ассоциировалась с разумным, добрым и вечным, но пертурбации последних двадцати лет лишили ее, в хорошем смысле этого слова, консервативности. И каждый год родители, дети, педагоги ждут с тревогой: что-то там еще придумают наверху, чтобы жизнь в учебных учреждениях медом не казалась? Чего стоит только предложение отодвинуть начало занятий с 1 сентября на месяц вперед.

Школа уже не является безопасным местом. Заборы, видеонаблюдение, охрана – все это не спасает от новых стрелков и актов насилия. Очередной случай с ивантеевским подростком, ранившим учителя и нескольких одноклассников – еще одно тому доказательство. Стоит ли удивляться, что 15% родителей (результаты опросов) уже готовы забрать детей из школы, и не прочь вернуться к дворянской практике семейного обучения? По некоторым данным, до 100 тысяч детей уже обучаются дома, и, несмотря на дороговизну этой формы, тенденция только нарастает.

Фото – KidsBrain/semeynoe.com

Разговоры о потребителях образовательных услуг во многом лицемерны, считает директор школы Елена Моисеева. Родители устали что-либо доказывать системе, которая из классической превратилась в косную, совершенно не слышит ни детей, ни взрослых. Поиски альтернатив в виде частного и домашнего образования – логичный ответ государству. У обучения на дому – свои минусы, и дело не только в материальных затратах. Тяжелее всего приходится ребятам среднего школьного возраста. Они нуждаются далеко не только в знании программных предметов, но и в навыках постоянной коммуникации.

Елена Моисеева, директор школы №24 Нижнего Новгорода:

– Каким бы замечательным образованием не обладали родители, они не должны заниматься ребенком. Это неправильно. Нужно брать хороших репетиторов по всем предметам, а это дорого, даже если речь идет о формате онлайн. Государство транслирует выведение на первый план метапредметных компетенций ребенка, а это еще и коммуникативные навыки. Где их будет брать ребенок? Где будет проходить его социализация? Государство теряет от семейного образования, так как теряет граждан. Гражданственность можно воспитывать только в коллективе.

Елена рассказала, что за последнее время трое детей, наоборот, перешли в ее школу из семейного образования. Если же в целом тенденция складывается не в пользу государства, это можно назвать провалом системы или, проще говоря, твердой оценкой «2». В Европе работает огромное число тьюторов и кураторов, в России – один психолог на 600 человек, и это еще не самая плохая ситуация. В Нижнем Новгороде из муниципального задания убраны все бесплатные кружки и другие элементы общедоступного допобразования. Альтернативой эксперт называет заочное обучение, в котором индивидуальный подход сочетается с коммуникацией.

Получается, государство делегировало школе воспитание и образование, заодно предложив пристегнуть к нему и семью. Последняя, к слову, переживает нелучшие времена, разваливается и идет по пятам Европы, где воспитывать детей уже разрешили гей-парам, размышляет профессор Антон Фортунатов. Государство предлагает сделать компетенции универсальными для школы. Но какие из них должны создаваться внутри семьи? Очевидно, что два института должны дополнять друг друга, и когда-нибудь страна к этому придет. Что до сравнения современности с образованием времен российского дворянства – это не совсем корректно, считает представитель высшей школы.

Антон Фортунатов, профессор ННГУ:

– Меня люди, далекие от образования, часто спрашивают: «Как вам сегодняшние студенты». Я говорю, что много «звезд», но они вспыхивают на очень сером небосклоне. Тут приводили в пример дворянство, но ведь это не имущественное положение, а идея служения. Ценность служить государству, данная богом. А сегодня какая ценность делегируется нам государством? Ценность сервисного характера. И школа представляет собой сервисный институт, как парикмахерская или клининговая компания. Школа обезличена. Даст ли ей новое дыхание разваливающаяся семья?

В действующей образовательной системе Фортунатов видит бескрайнее море возможностей для зарабатывания денег. На методиках, на экспертизах, на тьюторах или бесконечном издании учебников и электронных версий. При этом ЕГЭ напрочь испепеляет интеллект учащихся, а болонская система полностью лишена понятий общности, сопереживания, эмпатии. При этом профессор против запальчивости в оценках возможностей домашнего обучения. Компенсировать провал системы и отсутствие государственной идеологии оно не сможет, а государство этим не сможет откреститься от очевидного провала.

В России слишком мало знают о семейном формате обучения, чтобы судить об этом категорично. Родители, сделавшие этот выбор, постоянно сталкиваются с препятствиями административного характера и непониманием окружающих. Между прочим, зря. При грамотном распределении учебного времени образование на дому менее травматично для психики и более эффективно для развития ребенка, утверждает мама троих детей, Юлия Харитонова.

Дочь и сына гостья эксперт-клуба обучает сама. Среди оценок – сплошь «пятерки». Сейчас во дворе Юлии сформировалась целая компания единомышленников, а несколько лет назад люди переставали общаться, узнав, что женщина забрала детей из школы. Правда, все делается на голом энтузиазме: поддержки от нижегородских школ практически нет, и даже аттестацию приходится проходить в Санкт-Петербурге, сетует нижегородка.

Юлия Харитонова, мама троих детей, эксперт по семейному образованию:

– Когда принимали решение, я посчитала, и оказалось, что в школе урочная нагрузка 25 часов, плюс, как минимум, 3 часа в неделю на дорогу, плюс 10 часов – обязательные кружки по вкусам, плюс 7 часов – подготовка уроков, плюс 5 часов – музыкальная школа. То есть рабочая неделя семилетнего ребенка – 50 часов. Взвесив все «за» и «против», поняла, что программу начальной школы уж точно освою. Еще когда сидела в декрете, репетиторствала по математике. Увидела, с чем идут дети из 40-го лицея, из 38-го, из 180-го, из 87-й и 80-й гимназий. Приходили девятиклассники, половозрелые мужики, а я им объясняла, что такое отрицательные числа и как складывать дроби. Со своим сыном за полгода перед школой мы прошли всю программу первого класса. Дочке 10 лет, и она уже в 6-м классе. На учебу со старшей уходит 2,5-3 часа в день, с сыном занимаемся по пути. По городу передвигаемся на самокатах, ботанику изучаем прямо в парках, слова пишем мелками на асфальте. То есть учимся везде. Если моему ребенку что-то не дается, останавливаюсь на этом дольше или вообще тему пока пропускаю. К вопросу о патриотизме. Когда были в Питере, мне дети все сами рассказывали и показывали.

Юлия категорически не согласна и с тем, что ребятам на семейном обучении не хватает навыков социализации. В результате проведенного ей эксперимента оказалось, что на выделенные 100 рублей собственные дети по ее примеру покупают воду и фрукты, сверсники – колу и чипсы. Большинство опрошенных родителей предпочитают делать домашние дела сами, в то время как у сына и дочери Юлии есть четкие семейные обязанности и навык планирования.

Наталья Зинченко из Городецкого района также воспитывает троих детей. Ее семья уехала из Нижнего Новгорода, чтобы избежать негативной социализации в большом городе. Время, сэкономленное на посещении школы, позволяет сыну Натальи заниматься плаванием, волейболом, стрельбой, фигурным катанием, рисованием, посещать тренажерный зал. Сельская местность не лучше и не хуже, она просто другая, и то же самое можно сказать о выборе между школой и семейным образованием, считает мама. Что совершенно точно – не каждая семья готова обучать собственного ребенка.

Наталья Зинченко, мама троих детей, эксперт по семейному образованию:

– Как воспитать государственность. Говорят, только в коллективе. А нам бы очень хотелось уйти от колхозного социалистического прошлого, а коллектив коллективу – рознь. К сожалению, школу утрированно сравнивают с тюрьмой. Принудительное соединение со случайными людьми, где мы не выбираем ни одноклассников, ни их семьи, которые тоже что-то привносят, ни педагогов по их личностным и профессиональным качествам. Очень много времени дети проводят вне семьи, если учатся в школе. Кто и как влияет на формирование их мировоззрения? Вот это мы исключили, взяв детей на семейное образование. Теперь о патриотизме. В год 70-летия Победы мы детей с Черного моря специально в Волгоград возили, ходили по Мамаеву кургану. Когда ребенок с асфальта сошел на траву, служащий сказал ему: «Не стой на травке – там солдатики лежат». А до этого мы прочитали о 35 с лишним тысячах. Ребенок рыдал. Где и в стенах какого класса можно преподнести так, чтобы ребенок плакал, чтобы так прочувствовал? Много детей – плохо, а когда один на один – совершенно другая концентрация. Готовность родителей зависит от зрелости, ответственности, образования и кругозора.

В дзержинской частной школе имени Лобачевского учащихся очной формы – 89 человек, а дистанционников – около 200. Большая часть детей – и Подмосковья, проживает  в коттеджных поселках. Ездить в столицу далеко и неудобно, сельских школ не хватает, либо родителей их уровень не устраивает. Есть дети из других регионов России и даже из зарубежья – Таиланда, Турции, Арабских Эмиратов, Германии и Казахстана.

Родительские собрания также проводятся онлайн, а вот государственная аттестация – только лично. Зато результаты экзаменов у «семейников» выше, чем на очной форме, и лучше среднегородских, рассказывает директор школы.

Стоимость образовательного сопровождения составляет 24 тысячи рублей в год, но и эта небольшая сумма может быть обременительна для многодетных семей. На этот случай нужен фонд, из которого за безналичный расчет возможно было финансировать образовательные услуги, как это уже реализовано в материнском капитале. Но на сегодняшний день деньги на семейное обучение ни школа, ни родители не получают.

Екатерина Хлюнева, директор частной школы:

– У нас ученики на семейной форме учатся по той же программе, что и очники. Работает бесплатный образовательный канал в YouTube, договор с приложением «Я – класс» к сайту Дневник.ру – официальным сервисом по реализации госуслуг в сфере образования по договору с Правительством РФ. Наши ученики получают через приложение еженедельные задания, формируемые учителями. Этот ресурс мы сначала подключили очным ученикам. В приложении я вижу, кто когда приступил к выполнению, какое задание вызвало сложности. И к уроку я уже знаю, что нужно разбирать отдельно. Нет лишней бумаги – это очень современный подход. Детям нравится. “Поколение Z” этим активно пользуется. Дай им любое виртуальное задание – они все решат. С этого года подключили услугу «Личный наставник», то есть у каждого класса теперь есть виртуальный классный руководитель.

Профессор Василий Козлов как раз увлечен изучением “поколения Z”, феноменом его ухода в виртуальную реальность электронных гаджетов. Глядя на то, что происходит в опережающих странах, игнорировать драму катастрофического разрыва поколений невозможно, уверен он. Образы будущего, которые видят или хотят видеть дети и молодые люди, отсутствуют и в школе, и в семье. А в государственной стратегии ученые мужи готовы предложить лишь доктрины Византии или СССР-2. В стране, где 60% семей – одиночки, жизнь в стиле «соло» стала трендом, делать ставку на семейное образование – было бы слишком оптимистично.

Василий Козлов, профессор, экономист:

– Конечно, такие замечательные родители останутся, надо им возможности давать, и закон, слава богу, это позволяет. Но это сегмент. Если говорить о государственной институционализации, то у нас всего три формы – школа, армия и тюрьма. Где ребенок пройдет социализацию? – очень даже не все равно. И когда я смотрю стримершу Карину, которая жутко матерится, имеет 3 миллиона подписчиков и неплохо зарабатывает – это пример. Я изучаю блогосферу и не могу понять, откуда такие предпочтения. При этом авторы ряда исследований считают, что подростки умнее нас, умеют изолироваться и защищать свое нормативное «Я». Они не верят взрослым, которые перестали быть авторитетами. Взрослые врут, ошибаются, если только посмотреть в Google и увидеть несоответствие. Пропали все источники, служившие основой нам: если учитель что-то говорил, значит он больше знает, и его нужно уважать. Сегодня этого нет, потому что он не находится на гребне волны. И я сам для своих студентов никто, если не могу «замутить движуху». Подростки – хайперы: они уже даже тренд не оценивают, и только новизна для них имеет значение. Да, какой-то небольшой круг людей сможет удержать детей в своей традиции и культуре. Смотрю на это с тревогой.

Козлов намерен реализовать проект школы блогеров, где на площадке YouTube сошлись бы “поколения XY и Z”. Цель – найти утраченную нить через общение в популярном формате. Делать вид, что ничего не происходит, что разрыва нет, а новое поколение остается частью общества потребления – значит находиться в иллюзиях. На самом деле молодежь не то, чтобы научилась не раздражаться на старших. Она просто умеет не обращать на них внимание, делится наблюдениями эксперт.

Руководители государства не смогли предъявить людям образ будущего, потому что его нет у них самих, подхватывает рассуждения экономиста социолог Александр Прудник. Нынешняя система проходит этап распада наследия СССР, а на стадии разрушения не создается ничего нового. Массовая школа – инструмент управления обществом. Когда инструмент выпускается из рук, начинаются проблемы. О ситуации во всеобщем образовании можно судить о наличии в государстве институционального кризиса.

Александр Прудник, старший научный сотрудник Приволжского филиала Института социологии РАН:

– На школе сошлись три кризиса, переживаемых нашим обществом. Один из них – кризис государства. Что это такое? Какова его структура и идеология? Второй кризис – семейный, потому что стандартная семья разрушается. То, что мы видим появление многодетных семей, не искупает факта убыли населения. Семья неполная – это малодетная семья. Дикая форма ложного гражданского брака – катастрофа для рождаемости. Наконец, кризис семьи совместился с кризисом образования. Какие бы программы или, прости господи, компетенции, не принимало бы министерство образования, я вам гарантирую, что не будет преодолен институциональный кризис общества, если не будет преодолен кризис образования, потому что образование обслуживает общество. Наша задача – принуждать его измениться. Пока еще школа остается одним из оплотов светского знания и рациональности. Это на фоне того, что в обществе идет процесс архаизации и феодализации, где человек, слушающий по радио астрологический прогноз, никогда не слышал об астрономии.

Репортаж о заседании эксперт клуба.