Владимир Торин: «Когда тебя понимают, читают – это гораздо важнее денег!»

Это Нижний сейчас для Владимира Торина — место пусть и памятное, но всё же лишь очередная точка на карте большой страны по маршруту презентации книги «Амальгама». Но для «Нижнего сейчас» Владимир Торин — навсегда друг и коллега, долго работавший в нижегородской журналистике и сфере PR. А потому и отношение к его дебютной книге у нас особенное.

Автограф-сессия автора после встречи с нижегородскими читателями растянулась на добрые полчаса, но по окончании Владимир всё же нашел несколько минут, чтобы ответить на наши вопросы. Попробовал бы не найти!

— Ну, рассказывай, каково это — уехать из Нижнего амбициозным пиарщиком, а вернуться автором литературной сенсации?

— Как вы называетесь — «Нижний сейчас»? Я помню Нижний 15 лет назад — и вижу Нижний сейчас. Я порадовался, что люди совсем не изменились. У города всё такой же удивительный дух, серьезный такой, понимаешь? Опять вышел на откос у кремля, посмотрел на Стрелку — конечно, многое изменилось, огромное количество каких-то новых зданий. И всё же «Нижний сейчас» и «Нижний тогда» — один и тот же в плане духа людей, ощущения себя опорным городом страны. Очень рад, что опять в это окунулся. Меня зовут в Краснодар показать книгу, зовут в Красноярск — но как же я не приеду в Нижний Новгород, любимый город, в котором 11 лет прожил, проработал? Здесь была карьера, здесь я научился буквы писать правильно! Поэтому я сюда и примчался!

2016-03-26_torin4

— Как вообще пришла в голову идея книги, и книги именно такой?

— Ну вообще, книга писалась долго, три с половиной года. Просто начали появляться какие-то наброски, которые я обычно записывал в дороге – в поезде, в самолетах. Набралось несколько глав, которые я надеялся почитать друзьям, позабавить их какими-то интересными историческими перипетиями, параллелями, совпадениями, которые я нашел. Прочитал, и услышал: ты что! это надо немедленно печатать, получится очень интересная книга! Я и подумал: ну, почему бы уж не дописать ее до конца да не издать? Я ее издал и был сам поражен, как она активно начала раскупаться не только моими друзьями, но и другими людьми, которых я совсем не знаю.

— Радует коммерческий успех? Это важно писателю?

— Не думаю, что важен именно коммерческий успех — важнее ощущение признания. Когда тебя понимают, читают — это гораздо важнее денег, по крайней мере, для меня. Когда совершенно незнакомым людям вдруг оказывается интересно, близко то, что ты пишешь — это действительно круто! В Красноярск ко мне на встречу одна женщина приехала из города Железногорска, сняла гостиницу, потом встретилась со мной, сообщила, что видела меня по телевизору и захотела купить мою книгу. Ну святая же женщина! И сколько таких слов признательности от совершенно посторонних людей!

2016-03-26_amalgamabook

— «Амальгама» легко читается. На мой взгляд, это очень хорошо, потому что многие так называемые «серьезные» авторы зачастую исключают из своего писательского арсенала необходимость быть доступным. А ты ставил перед собой какую-то сверхзадачу, планировал ли сказать что-то важное своей книгой?
2016-03-26_torin2— Ты очень верный вопрос задал. Бывает по-разному. Бывает, человек садится писать «нетленку», заявляя: это будет великое произведение, которое отзовется в веках. И вот он пишет, мучается — а оно БАЦ! — и никак не отзывается! Для меня это первая книга, и я ничего особенно великого не имел в виду. Я хотел создать интересную, развлекательную историю для своих друзей, написанную понятным динамичным языком. Хотел, чтобы история захватывала, чтобы читатель хотел узнать: а что же, что же там дальше? Это был единственный «значок», который я себе поставил. Ни в коем случае не учить людей жизни, не надо этого! Как только мне хотелось во время написания уйти куда-то в морализаторство, я сразу себя останавливал — стоп! зачем тебе это? Хотелось, чтобы читателю было легко проскочить эту историю, фабулу, и я очень рад, что это удалось сделать. Да, эту книгу нельзя назвать какой-то очень глубокой. Возможно сейчас, в наше время, это не очень-то и страшно. Может, даже хорошо!

— Да, но если бы не было глубины – не стали бы называть «русским Дэном Брауном»! Как ты, кстати, относишься к этому ярлыку, который на тебя навесили?

— Это родилось после интервью с «Комсомольской правдой», потом это повторили в «Литературной газете» – и как-то пошло это дальше. Я не знаю, хорошо это или плохо! Дэн Браун — вроде, круто, но если бы назвали «современный Лев Толстой» — вот тогда я бы, наверное, точно ходил довольный (смеется)! Очевидно одно: книга не прошла незамеченной, люди читают, им интересно — и они требуют, просто требуют продолжения!

— Оно будет?

— Обязательно! Оно сейчас пишется, и будет готово, я надеюсь, уже в этом году.

Фото Юлии Барановской

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.