Перспективы – просто космос

В России тема будущего – штука провокационная. Заглянуть в прекрасное далЁко по-настоящему еще никому не удавалось. А так хочется, чтобы далЁко было поближе. В идеале – уже завтра. Видимо, вдохновившись стодневкой мэра Солонченко, а также рассуждениями инновационного врио Никитина о цифровой экономике, новом технологическом укладе и росте жизненного комфорта граждан, участники Нижегородского эксперт-клуба вновь принялись за старое.

Коль уж Россия на пути капитализма, и на глазах происходит передел мира, чтобы быть сильными, нам тоже придется в этом участвовать. Есть еще исторические аналогии с 1917-м. Не построим государство социальной справедливости – разорвет изнутри к чертовой матери. Выборы президента на носу, а тут, как на грех, федеральные ученые головы пока что смогли родить, по меткому выражению местной профессуры, лишь образы новой православной Византии и СССР-2. Оно, конечно, тоже неплохо, но слишком вычурно для молодой поросли, оседланной господином Навальным. Не случайно ОНФ объявил конкурс для футурологов до 35 лет, где предложено посоревноваться в эссе, стихах, песнях, рисунках и прочих креативах.

Пригласить молодых философов организаторам Нижегородского экспертного клуба не удалось. Посему видавшим виды пришлось отведать молодильного яблочка, опровергая утверждение профессора Козлова, что люди прошлого века грядущее знать не могут. Так что же такое – образ будущего по-нижегородски? Куда и зачем идти всем вместе и каждому персонально?

Помнится, в начале XX века в России сформулировали две идеи – имперскую и социалистическую, подмечает профессор Андрей Дахин с явным намеком на то, что обе концепции в итоге были провалены. И наше будущее – где-то уже в XXII веке, не раньше, прогнозирует он.

Андрей Дахин, профессор НИУ – филиала РАНХиГС:

– Сейчас мы находимся в эпохе демократических государств, но к концу XXI века она придет к закату. Эта система политического управления входит в полосу очень серьезного кризиса. Ее несовершенство признавалось всегда, но главный минус – она действует по воле крупного капитала, подминающего все остальное.

После краха демократических основ эксперт видит два пути. Первый – создание кибертехнологического, безлюдного государства, где перестает существовать живой человек, модифицируясь в кибернетической системе управления. Все государственные институты будут реконструированы в цифровые форматы, а страны перейдут в новый формат существования без человека. Второй путь – кризис демократического устройства разрешится созданием социального государства, где у людей остаются ключевые механизмы управления, безлюдные, людные и даже многолюдные технологии развиваются параллельно, и большие массы граждан участвуют в социальных процессах выбора, принятия решений, управления и творческого самовыражения. Крупным сектором социономики становится производство услуг людей для людей, когда одни помогают другим. Это индустриально организованный процесс, где без живого, традиционного человека просто никак.

Андрей Дахин:

– Социальное государство – это позитивная перспектива, требующая усилий. Пессимистический вариант – это кибергосударство, где человек будет модифицирован под стандарты, чипирован и все такое прочее. Если мы развиваем безлюдные технологии и высвобождаем людей, то плодим безработицу. Уже сейчас нужно создавать людную инфраструктуру, чтобы человек работал с другим человеком, потому что для работы с техническими системами нужны другие системы либо специалисты иного уровня.

К концу века человек непременно решит проблему гравитации и свободно выйдет в космос, считает Дахин. Математические условия для этого уже создаются – дело за физиками. Весь вопрос в том, кто устремится за пределы орбиты – человек или люден (киборг). Это как раз зависит от того, как люди видят свое будущее, сохранятся ли они.

Отдельный формат – это перспектива ближайших 3-5 лет, связанная с приходом нового губернатора, резко приземляет собравшихся политолог. Готовой картинки у него нет, но по некоторым индикаторам кое-что понять можно.

Андрей Дахин:

– Первый индикатор – стратегия развития области. Если ее просто купят, положат в бюрократические кабинеты и начнут по ней работать, как было до этого, никаких принципиальных изменений в области не произойдет. Если же ее начнут вырабатывать как социальный публичный процесс, если будет организован стратегический диалог области, города, экспертов, тогда я скажу: «Да, в системе управления делается новый шаг, и мы выходим на новый уровень». Второй индикатор – качество жилой среды. Если все пойдет по пути финансирования строительной отрасли, выкладывания штукатурки, дорожек, лавочек – и все это подается как «манна небесная», значит, мы находимся на старом пути. Другое дело, если в этот процесс включаются активные городские сообщества, если часть средств пойдет на интеграцию людей, на “людные технологии”. Граждане должны участвовать в формировании среды своими руками. Тогда я скажу, что наше будущее начинает светлеть.

Литератор Игорь Чурдалев предлагает сразу определиться с горизонтом планирования на пятилетку, лет на 50-70 или на перспективу межзвездных путешествий в стиле фильма «Солярис». У будущего есть экономический, общественно-политический, моральный, культурный аспекты. Что до морали и культуры, уже сейчас можно понять, какие люди через несколько десятилетий окажутся на вершине возможностей принятия решений. Эти люди мало изменятся. Устремления уже сформированы – приобретательство, покупательство. И для разных народов в этом смысле нет разных моделей будущего.

Игорь Чурдалев, поэт:

– Всякий вождь племени, включая людоедское, хочет процветания своим соплеменникам. Интереснее поговорить о разных кластерах национального самосознания. Американская ментальность предполагает сохранение роли эдакого мирового ковбоя, удержание однополярного мира. Китайцы не откажутся от роли мировой мастерской, лидирующей в технологиях и науке, делающей автомобили лучше японцев, а не догоняющей. Европейцы захотят остаться сердцевиной «золотого миллиарда», с претензией на культурные прерогативы. Россия на глазах становится самым крупным, самым вкусным куском ресурсов и пространства, с точки зрения многих мировых держав практически пустующим. Это раздражает и будет раздражать впредь. К этому нужно быть готовыми.

Российская власть не одела, и не накормила народ, но вернула его на путь суверенитета, говорит литератор. Это означает возврат контроля над пространствами и ресурсами. Не факт, что статус удастся сохранить, но в этом есть задел на будущее.

Игорь Чурдалев:

– Китайцам предки оставили мощный и беспредельный ресурс рабочей силы. Высокоморальной конфуцианской рабочей силы, которой они распорядились очень грамотно, явив экономическое чудо. Наши предки занимались присовокуплением земель. На уровне технологий предыдущих эпох земли эти мало кого интересовали. Технологический скачок резко повысил капитализацию нашей территории. И не нужно стесняться – мы должны использовать все это правильно. Вот наша надежда на будущее, и вот почему народ поддержал действующую власть. Тот, кто будет сохранять и отстаивать этот тренд, будет пользоваться реальной поддержкой народа.

Россия уже не сможет существовать в изолированном мире, и образ будущего нужно обозначить по формуле «Мы не одиноки», рассуждает историк Михаил Рыхтик. Хотя, скорее всего, именно неодиночество обрекает на большое количество конфликтов, которые придется пережить.

Михаил Рыхтик, директор Института международных отношений и мировой истории ННГУ:

– На будущее повлияет необходимость осознания подвижности границ. Подвижность накладывает совершенно другие требования к пониманию патриотизма, любви к родине. Прямолинейное понимание, порой звучащее у нас, мешает формированию образа будущего России.

Ломка границ происходит и внутри страны, о чем говорит хотя бы тот факт, что половина поступивших в ННГУ – жители других регионов, рассуждает профессор Рыхтик. А если люди становятся более мобильными, нужно понимание новых точек интереса, в том числе, для молодежи. При этом, как считает эксперт, слишком увлекаться технологическим прогрессом, как это делают в Сколково и АСИ, не стоит. Во всяком случае, технологии не отменяют социального фактора и управляются человеком. Но борьба за цифровые ресурсы только обостряется, и это диктует включение в образ будущего слова «война».

Михаил Рыхтик:

– Кто полетит в космос? Тот, кому достанется гравитационная энергия. А тот, кому она не досталась, будет сидеть и страдать? Уровень неуправляемости таков, что очень трудно дать четкую картину будущего. К сожалению, исчез страх перед смертью: сейчас все ждут таблетку от старости и запчасти. Отсутствие страха ведет к тому, что мы перестанем согласовывать с окружающими свои позиции и поступки. Наверное надо, чтобы человек опять испугался.

Более всего Рыхтика беспокоят не медицинские или военные технологии – технологии манипуляции сознанием, когда гражданам рассказывают о кадровых резервах и спецкурсах управленцев. Отбор кем-то произведенной элиты для подготовки эффективных руководителей пугает, признается он.

Михаил Рыхтик:

– Мы сами сознательно внушаем, что это норма. Я считаю, что не норма. Не говорю, что люди, прошедшие это обучение, не стали профессионалами. Пугает, что изначально это обрезает социальные лифты. Учитывая, что границы рухнули, лифты должны быть не только вертикальными, но и горизонтальными, и диагональными. Элита должна воспроизводиться и демонстрировать открытость. А этого нет. Если лишь вертикальные лифты находятся под контролем кого-то, будущее России приобретает большие риски.

Если говорить о технологической подготовленности государственных и муниципальных служащих, это действительно делается и результаты не за горами, отмечает директор PR-департамента горадминистрации Роман Амбарцумян. По его мнению, через понимание современных методов менеджмента и проектные офисы рано или поздно Россия придет к интегральному управлению. Вопрос в том, как совместить кибертехнологии с социальностью и духовностью, за которыми и проглядывает перспектива.

Роман Амбарцумян, директор департамента общественных отношений и информации администрации Нижнего Новгорода:

– Если в стране появится критическая масса заказчиков образа, которые будут упирать на социальное и духовное развитие, только тогда можно будет бороться против технологического засилия. Тогда у людей будет будущее. Мы пойдем в рост и займем то место, которое всегда было у России – сохранять мир, спасать мир, вносить элементы стабильности в тот хаос, который сейчас происходит.

Фото ms-hall.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.