Омари Шарадзе: «Первым делом «урезал» бы чиновников»

“Нижний Сейчас” взял эксклюзивное интервью у самого первого мэра Нижнего Новгорода Омари Шарадзе. Беседовала Наталия Лисицына.

На вопрос: «Каким главным качеством должен обладать руководитель города?» Омари Хасанович ответил: «У него должен быть организационный опыт работы и умение предпринимать нестандартные шаги».
В моей немаленькой журналистской практике он – единственный человек, который НИКОГДА не просит показать интервью перед публикацией.

Справка “НС”:
шарадзе2Омари Шарадзе родился в Батуми в семье учительницы и ветеринарного врача. В 1959 г. поступил в Ленинградский институт инженеров железнодорожного транспорта. После его окончания был направлен на работу на Горьковскую железную дорогу, где трудился дежурным по станции, маневровым, станционным диспетчером, а позже стал начальником отделения.
С апреля 1990 г. по декабрь 1991 г. – председатель горисполкома. Именно при нем городу вернули историческое имя Нижний Новгород. Ушел по собственному желанию, был назначен начальником Горьковской железной дороги, проработал до 1999 г.
Сегодня – президент строительной фирмы «Русский лес».

– В 1990 году была принята новая система выборов. Председатель горисполкома должен был избираться на конкурсной основе. Требования к конкурсантам: возраст до 55 лет, проживающие в городе Горьком, имеющие высшее образование и опыт руководящей хозяйственно-управленческой или общественно-политической работы не менее пяти лет. Президиум городского совета рассматривал кандидатуры и предлагал на голосование депутатам. Было несколько кандидатов. Почему решились?
– С самого начала я ни о каком конкурсе не знал. Иначе, может, и не пошел бы (я не любитель сравнивать мозги). Ко мне из горсовета сами обратились.
Небольшое вступление: когда я стал начальником отделения Горьковской железной дороги, на одном из собраний на трибуну вышла старушка-стрелочница и обратилась ко мне: «Омар Хаямович (именно так), если ты не будешь приводить Сортировку в порядок, то кто?» А Сортировкой тогда действительно никто не занимался, город не вкладывал ни рубля. И мне это выступление так запало в душу, что я начал приводить Сортировку в порядок. Строил жилье, другую инфраструктуру. Купил итальянские макаронные станки для производства цветных макарон. Кстати, через некоторое время ко мне «макаронники» пришли: «Давайте еще один такой станок купим, а то этот сломается, круглосуточно работает».
То есть: депутаты горсовета видели мои реальные дела. Поэтому и обратились. А так как я начальником отделения уже довольно долго работал, решил попробовать себя на новом поприще.
Мне сказали: приходи на заседание в шесть вечера. А там – Сергей Митин (ныне – губернатор Новгородской области – Авт.), Вячеслав Растеряев (ныне – генеральный директор ООО «Нижегородский дом» – Авт.), другие люди… Все с чертежами, с бумагами. А я ничего не взял, руки в карманах. И кто-то из них сказал: «Ты бы раньше сказал, что тоже будешь участвовать, мы бы свои кандидатуры сняли».
Я рассказал, что считаю нужным делать в городе. Против меня в результате проголосовали только 13 человек из 250 депутатов (их тогда много было).

– Растеряев был вашим конкурентом, а вы его к себе первым заместителем позвали…
– Да, я поступал, может быть, иначе, чем другие. Зато у меня была сильная команда. Собрал их в первый день: «Составляйте программу, что нам надо делать. А я пойду прессе зубы заговаривать».
Это надо было видеть! До меня такого никто не делал: я журналистов не собирал, им не звонил – я шел в редакции газет и отвечал на любые вопросы. В молодежной газете «Ленинская смена» работал спортивный обозреватель, который, когда я был начальником отделения железной дороги, постоянно «кусал» меня за футбольную команду «Локомотив». Когда я пришел в редакцию, он был поражен. Я, кстати, нашей прессе благодарен, она меня никогда не полоскала и не трепала.

– Что для вас явилось самым сложным? Все-таки новая сфера деятельности, тогда и слово «мэр» еще не вошло в обиход.
– Нет, меня сразу называли мэром, хотя официально я был председателем горисполкома.
Для меня ничего не было сложного. За моей спиной до этого – 28 тысяч работающих. Надо было кормить, строить, благоустраивать и так далее. В городе – все то же самое, только умноженное на 10. Я был уже сложившимся руководителем, знал, что надо делать.
Финансами тогда заведовала Нина Палкина, умнейшая женщина. Почти каждое утро приглашаю ее к себе, задаю какие-то вопросы… Спустя несколько дней она мне говорит: «До вас я в этом кабинете бывала только раз в квартал, когда надо было решать вопросы по премиям».

– Времена были тяжелые – талоны, очереди. Как у Валентина Катаева в «Алмазном моем венце»: «…есть было нечего, курить было нечего, умываться было нечем…» Что помогало?
– Нестандартные решения. В городе было восемь овощных баз. Надо завозить овощи. Я договорился с автозаводом: говорю, мужики, выделите мне штук 20 машин. Объехал наши колхозы-совхозы: вот столько-то овощей и фруктов поставите – дам машину. Смотрели с недоверием – надует! Но я всем, кому обещал, машины роздал.
Завезли на базы овощи и фрукты, а в магазин придешь – пусто. Собрал директоров овощных баз (а у меня справка была, сколько у кого в прошлом году сгнило). Говорю: у вас по 40% сгнило в прошлом году. Сколько из них сохраните, весь этот урожай второй раз куплю. А для того, чтоб эти деньги взять, им надо договориться с директорами магазинов…
Сделал и еще один трюк: обратился к кадровикам – мне нужны 100-150 самых дотошных пенсионеров. Я их собрал (для них уже была радость, что такой большой начальник их позвал) и говорю: «Мы за вами закрепим магазины, дадим список, что у нас на овощных базах есть, и за определенную плату вы будете каждый день магазины проверять. Как только чего-то нет, тут же сигнальте. Мы заведующего снимем, не глядя». И как только одного сняли, сразу – сарафанное радио: дикий грузин головы сшибает. Это нам крепко помогло.
К весне на базах сгнило всего 9%. На всю Россию по телевидению показывали. Анатолий Собчак, в то время – глава Санкт-Петербурга – посылал целую комиссию наш опыт изучать.
Была такая история: сижу в кабинете часов в семь вечера. И вдруг топот по коридору, вбегают ко мне человек 60 или 70. Все кричат: «Сигареты!». Так называемый «табачный бунт». Я даже не встал, сижу, молчу. Постепенно стало тихо. Говорю: трех человек сами выберите, с ними буду говорить. Трое остались, я им растолковал, как будем решать проблему. Нашли, где закупить сигареты.

С техникой беда была. Никогда не забуду, как мы приобрели первую машину, чтобы снимать старый асфальт. Ходили гордые до невозможности!

– При вас город стал снова называться Нижним Новгородом, об этом все знают. Но мало кто помнит, что некоторые выступали за отделение города от области. Вы были против.
– Потому что это глупость. Мы все видели, к чему приводят войны между городом и областью. У нас сейчас первый губернатор, который в открытую с городской властью не грызется.
Я в свое время к Александру Александровичу Соколову (в то время – председатель исполкома областного Совета народных депутатов – Авт.), кроме большого уважения, ничего не испытывал. Я с ним никогда не спорил. Ругаться – это стыдно. А если ты не умеешь подчиняться, ты не сможешь и руководить.

– У вас не всегда просто складывались отношения с депутатами…
– Город можно, конечно, рассматривать как политический конгломерат. Но я всегда рассматривал его как большое хозяйство.
Большое хозяйство требует постоянного внимания. А депутаты считали, что я должен являться по первому зову и отчитываться.
Однажды взял и внес предложение: поднять цену на трамвай до четырех копеек (было три). Специально не до пяти, потому что пятак найти проще, чем четыре копейки. Депутаты неделю обсуждали, потом вызвали: отказать, потому что у людей и так денег нет. Я вышел на трибуну и говорю: «Какой бы вам еще вопрос задать, чтобы вы мне работать дали?» Смех стоял!

– Совет бывших мэров при администрации работает?
– Работает. Собирает нас Кондрашов. Город, конечно, подвинулся во многих вопросах. И строительство, и благоустройство, и прочее на совершенно ином уровне. Но: у нас только три выхода из города, поэтому пробки, поэтому не удобно передвигаться. Надо строить дороги!
Вообще, чудес у нас хватает. К примеру, проводится фестиваль искусств имени Сахарова. Сахаров был физиком, пусть его именем какой-нибудь научный симпозиум называют. У нас есть великий композитор, нижегородец Балакирев. На мой взгляд, логичнее было бы назвать фестиваль искусств его именем…
У нас немного странная система управления городом. В Германии тоже есть сити-менеджер, но его нанимает мэр. У нас не так. Впрочем, если грызться не будут – нормально. Но я бы работал один.

– Гипотетически: если бы сейчас сели в кресло мэра, первые действия?
– Это не только к городу относится: у нас громадный чиновничий аппарат. «Урезал» бы его.