Дмитрий Цыганков: «Мне просто выкрутили руки»

Интервью с Дмитрием Цыганковым оказалось полосой с препятствиями. Целый месяц мы ждали ответа от пресс-службы администрации Нижнего Новгорода — безрезультатно (хотя в ведомстве Романа Амбарцумяна уверяют, что сделали всё возможное, проблема – в пресс-службе департамента транспорта). И вдруг телефонный звонок: так и так, говорит собеседник, я руководитель «Нижегородпассажиравтотранса», давайте встретимся! Конечно, мы решили не упускать возможности побеседовать с человеком, которого считают чуть ли не транспортным «мефистофелем». Надо признать, встретил он нас вне этого амплуа, показался человеком прямым и открытым.

А потом интервью легло на полку: возникло ощущение, что оно устарело ещё до расшифровки диктофонных записей. Всё-таки месяц прошел, к чему писать о том, о чём уже писали?! Но потом проверка временем показала, что все поднятые темы своей актуальности не потеряли, а некоторые так и вовсе вышли на передний план.

А. Седов: Дмитрий Викторович, ну что же это такое? Месяц добивались встречи — и никак. Если бы вы сами не позвонили нам, так бы и не записали интервью. Откуда такая «берлинская стена»?

Д. Цыганков: Я сам за открытость. И пресс-службе говорю: давайте дадим максимальную информацию. Мы должны говорить с журналистами, и тогда люди нас поймут. Хватит полуправды, надо давать правду.

А. Седов: Так кто же этот нехороший человек, кто не хочет правды?

Д. Цыганков: На самом деле, нехороших людей нет. Вы ведь сталкивались с работой администраций. У нас все происходит на фоне подковёрных моментов, все разбито на группы. За каждой группой закреплен пресс-секретарь. И вот они между собой выясняют: кто и что сказал, а вот если он так сказал, значит от против нас или за тех, кто не с нами.

А. Пичугин: Выходит, в транспорт попала политика?

Д. Цыганков: Просто они знают, что я открыт и могу сказать то, что не понравится. Например, про АСКОП. Там с этим «рубилово». Они по АСКОП сами загнали себя в угол. Они ведь что сделали? Сначала продекларировали, что муниципальный транспорт будет совмещен с частным, и люди, покупая повременный билет, смогут ездить и на частном, и муниципальном транспорте. Полнейший бред.

А. Седов: Почему бред? Так и должно быть в идеале.

Д. Цыганков: Вот смотрите: есть ёмкость рынка. Это социальные перевозки, это льготники. У нас, у муниципального предприятия, есть свой рынок проездных билетов, которые продаем только мы. Этот рынок составляет 1 миллион рублей. И вот созрело у них вдруг в головах – мы на этот рынок должны пустить частников. Но я задаю людям вопрос: пустите сюда частников — будет политика. Если мы сюда пускаем частников, то у нас от этого миллиона останется какая-то часть. Мы потерям доход. Я не понимаю: каким образом предприятие, которое находится в глубокой финансовой яме, начнет из неё выбираться, если мы – добровольно! – отдаем этот рынок?

А. Пичугин: Ну когда-нибудь придется сделать этот шаг, согласитесь!

Д. Цыганков: Пока у нас есть переизбыток транспорта (так и сказано! – прим. ред.), нечестная конкуренция, не определены правила игры, скажите, как мы можем терять этот миллион?! Мы же в разных условиях с частниками работаем! У меня есть цифры — сколько я плачу в месяц налогов. Но вы нигде не найдете, сколько налогов платит частник. Я начальникам говорю: посчитайте экономику! Вот сейчас у нас частников стало чуть меньше, и выручка увеличилась! В абсолютных цифрах август 2017 года, например, был лучшим с точки зрения экономики.

А. Седов: А как же долги «Нижегородпассажиравтотранса»? Разве это лучшие показатели экономики?

Д. Цыганков: Мы за три летних месяца выплатили 120 миллионов налогов. Эти цифры показывают нашу живучесть. Часто читаю в прессе про нас: «Они банкротить хотят предприятие». Неправда! Кто хочет банкротить — банкротит, а не гасит такими траншами долги. Вот он, результат!

А. Пичугин: Кстати, давайте полистаем прессу. Вот сообщение от мая 2017 года со ссылкой на областное правительство: «Парк НПАТ обновится на 80% к концу лету». Потом появляется информация, что новые автобусы поступят не к вам, а в новое предприятие. Получается, что НПАТ остался со старым автобусами? Как вы дальше будете показывать результат, если ваш парк стареет с каждым днем?

Д. Цыганков: У нас было жуткое обострение с налоговой инспекцией, поэтому было принято такое решение. Это чтобы автобусы не арестовали. А вы слышали, что про нас говорят? Что НПАТ — самый большой нелегал?

А. Седов: Да, это частный перевозчик Ковалев постоянно говорил.

Д. Цыганков: А вы знаете, кто этого Ковалева выкормил?

А. Седов: Гойхман? Он – «крестный отец» нижегородского транспорта?

Д. Цыганков: Я вам объясню. Никого Гойхман не выкармливал. Ковалев – «дитя» той коррупционной схемы, которая когда-то была в дептрансе. При одном из руководителей у нас произошло сращивание департамента транспорта с частниками.

А. Пичугин: Так что с новым подвижным составом? Для чего создали новое МП?

Д. Цыганков: Я неспроста вспомнил про Ковалева и его упреки в том, что мы – самый большой нелегал в Нижнем Новгороде. Понимаете, сейчас ужесточаются правила. И по этим новым правилам муниципальное предприятие, действительно, должно отыграть конкурсы на все эти маршруты. Но мы пока не можем их отыграть — по объективным причинам. И вот создали новое МП. Тут два момента, первый я назвал. Это маневр, чтобы нашу технику не арестовали за долги, и второй момент — возможность отыграть конкурсы, когда придет время. А «Нижегородпассажиравтотранс» будет пока работать, выплачивать долги. Я не хочу, чтобы мне плевали в спину, я хочу всех критикам показать результат. Он есть — с цифрами не поспоришь!

А. Седов: А что за цифры, давайте поспорим!

Д. Цыганков: Самый главный результат — это себестоимость проезда. Когда я пришел сюда, она была 29 рублей 50 копеек. Смотрим июнь 2017 года: себестоимость составляет 24 рубля 50 копеек. Что такое 5 рублей? Это воровство! Это первый показатель.

Второй показатель — это затратная часть. Мы её планомерно снижали. Снова смотрим на цифры: в июле 2015-го «затратка» была 201 миллион, в июле 2016-го — 148 миллионов, в июле 2017-го — 125 миллионов.

А. Пичугин: Наверное, это результат того, что сократился выпуск машин на линии? Разве нет?

Д. Цыганков: Мы его не сократили, мы его оптимизировали. Вот вы сталкивались с маршрутом № 48? Когда я пришел, там работало 23 единиц, а сейчас — 19. А интервал почти тот же — 7-10 минут. Ну не нужны там лишние автобусы. Их лучше перебросить на другие маршруты, где недобор. А так — вы правы. Мне не на чем работать.

А. Седов: И надолго хватит этого ресурса? Сколько у вас старых автобусов, которые еще на ходу?

Д. Цыганков: Сейчас работает около 200 автобусов — сыпятся они, что говорить… К следующему лету останутся только новые. Конечно, это ошибка была — закупить единоразово 800 автобусов в середине 2000-х.

А. Пичугин: А что будет, когда из строя выйдет последний автобус?

Д. Цыганков: Последнего автобуса не будет никогда. Я надеюсь, мы к тому времени расчистим предприятие, все долги загасим. Банкротить предприятие, повторюсь, никто не даст.

А. Седов: Ну ладно старый подвижной состав, а новые «гармошки»-то почему все разваливаются? Они еще в лизинге и уже стоят под забором…

Д. Цыганков: Есть плановые ремонты, но тотальных простоев нет. Могу пригласить в парк — все увидите своими глазами. Все в порядке с гармошками. Да и в целом ситуация выправляется.

А. Пичугин: Может, причина проблем в «паленом» топливе?

Д. Цыганков: Топливо, конечно, не самое лучшее, но это не причина случаев технической неисправности.

А. Седов: Дмитрий Викторович, при всем уважении, сложно верится. Потому что пока есть непрозрачные схемы — мы будем жить плохо. Мы — это не только НПАТ, это весь Нижний Новгород. Скоро будет год, как вы заключили договор о поставке топлива по одной цене, а купили по другой. Какое уж тут развитие и выход из кризиса?!

Д. Цыганков: Понимаете, там сложная история. Да, была согласована с администрацией цена в 32 рубля. Поставщик выигрывает конкурс, а потом пишет письмо, что не может предоставить услугу за такую цену. Хотите — давайте по 36 рублей. Они просто меня подставили, мотивируя тем, что не будут заправлять. Свинство — под новый год, да еще с отсрочкой всего в 5 дней… Мне просто выкрутили руки, если бы я не согласился — автобусы бы встали. Кому от этого было бы лучше?

А. Пичугин: Но ведь раньше же вы как-то выходили из похожих затруднений!

Д. Цыганков: Понимаете, вступил в силу федеральный закон №44, я бы не смог заправляться за наличку, как это было раньше. Пришлось бы останавливать транспорт, объявлять конкурс и ждать 2 месяца. А так, да. Я раньше так и делал – уходил на заправки. Когда у поставщика была цена 35 рублей, я заправлялся по 32 рубля. За полгода сэкономил 18 миллионов рублей.

А. Седов: Дмитрий Викторович, понимаю, что обстоятельства складываются не в вашу пользу: «борзые» частники, непорядочные поставщики, накопленный ущерб от решений бывших руководителей. Но ведь есть и отголоски вашей личной истории. Вот уже почти 2 года вы в статусе И.О. Согласитесь, это повод усмотреть очередную схему? Почему всё так, а не иначе?

Д. Цыганков: На сегодня существует ряд нормативных правил, выполнение которых требует времени. Не исключаю, что скоро у НПАТ появится новый директор. Сейчас я жду результаты нашей экономии и нашей экономики. Хочу показать, чего мы достигли за это время. Там, поверьте, есть чем гордиться. Для меня принципиальный момент будет, если они запустят АСКОП на частном транспорте. Тогда наше предприятие просто встанет. Вот тут я сразу уйду со словами: если вы позволяете делать неправильные шаги — отвечайте за них сами!

Александр Седов, Александр Пичугин

  1. А Цыганков-жук.Не доверяйте его ответам.Почему он проводит конкурс закупая только у одного постащика без конкуренции , закрыто .Где реальные торги , снижение цены в ходе конкурентной борьбы. и.т.д. и т.п

  2. Хорошая сказка, да верится с трудом. Что касается налогов, то тут у Д. Цыганкова богатый опыт, работая в частных компаниях этот “честный” мальчик знает, как скрывать доходы и пополнять свой карман. Вот с чем я с ним согласен, так это в том, что не Л.Гойхман породил мафиози С.Ковалева, а породила его та система взяточничества, которую создали в департаменте транспорта ещё в начале 2000годов, а потом с приходом О. Семечкина он вообще вазобнил себя крутым мафиози. А что касается долгов НПАТ, так Администрация Нижегородской области в своё время передала парки с долгами городу. А потом Министерство транспорта Нижегородской обл. еще при странных обстоятельствах почему то разрешило продавать проездные билеты ООО “Русская Тройка”, последняя на этом заработала почти миллиард руб. , а НПАТ получил большие долги. Вот где зарыта собака. Это уже дурно попахивает коррупцией.

  3. не пишите глупости, если не знаете. Да, Нпат передали с долгами чуть более 300 млн. рублей. НО! область погасила этот долг. Только об этом говорить невыгодно. Поскольку с того времени, как НПАТ было передано в город, долги (особенно по налогам) выросли в геометрической прогрессии!!!Во-вторых, Ковалев (что бы про него ни говорили) прав, говоря, что НПАТ самый большой нелегал. Почему? Да потому что НПАТ должен работать по муниципальному контракту ( в случае, если выиграет аукцион). Однако, объявлять аукцион никто и не собирается, нарушая тем самым федеральный закон 220-ФЗ. Что это за ОБЪЕКТИВНЫЕ причины для того, чтобы не проводить аукцион, о которых говорит Цыганков? Эти причины состоят в том, что по условиям муниципального контракта деньги из бюджета будут выплачиваться согласно выполненному объему работы, а за невыполнение его – штраф. Цыганкову и иже с ним это страх как невыгодно, поскольку несмотря на то, что сейчас НПАТ выполняет в лучшем случае 60% плана выпуска и 50% рейсов, денежки из бюджета ему сыпятся ох как хорошо несмотря на результаты работы.
    Один вопрос: где же наша шустрая Ира Славина с запросом в прокуратуру?