Александр Прудник: «Человек по натуре – конформист и всегда «прижимается» к большинству»

Сегодня в нашей традиционной рубрике «Уно эксперто» солирует, пожалуй, самый известный нижегородский социолог Александр Прудник.

– Александр Васильевич, вы закончили философский факультет МГУ по специальности «философ», но работаете социологом. Вы всегда хотели быть социологом, но поскольку в 70-е годы такой профессии в нашей стране фактически не было, пошли учиться на «родственный» философский факультет?

– Сначала я приехал поступать на исторический факультет МГУ. Сдавая экзамены и общаясь с другими абитуриентами, я почувствовал, что философия и есть мое настоящее дело. Поэтому на следующий год я поехал поступать уже на философский факультет.

prudnik-1– Насколько я помню, чтобы поступить на философский факультет требовалось направление от обкома КПСС…

– В начале 70-х такое направление уже (или еще?) не требовалось. Там, безусловно, имелась соответствующая квота, то есть принимали в первую очередь членов партии. Плюс преимущество давал двухгодичный рабочий стаж абитуриента. Но поступали люди, в том числе и сразу после школы. Уровень преподавания в советской школе был настолько высок практически повсюду (а я закончил школу в станице Архангельской Краснодарского края), что выпускники сельских школ на равных сдавали экзамены с людьми, которые закончили школы в крупных городах и столице. Сейчас такого уже нет и в помине.

– Что подвигло вас к социологии?

– Социологии как науки для изучения в стране практически не существовало, если не считать чисто академического Института социологических исследований. На факультете философии была даже не отделение, а только кафедра социологии. Студенты старших курсов уже проводили полевые исследования. Меня это страшно заинтриговало. Я увидел в первый раз, как выглядят анкеты, как их обрабатывают. Кафедра социологии была настолько небольшой, что учебный процесс социологов был совмещен на ней со специализацией по научному атеизму. Я, например, сдавал экзамен, отвечая на билет, в котором говорилось о содержании Евангелия от Матфея! И это в середине 70-х в атеистической, по сути, стране!

По окончании МГУ я был распределен в Горьковский политехнический институт на кафедру философии. Через некоторое время Академия наук СССР решила открыть в Горьком отделение Института социологических исследований, руководителем которого назначили заведующего кафедрой философии политеха. Он предложил мне уйти вместе с ним.

prudnik-1– В сфере ваших приоритетных научных интересов находятся политическая и электоральная социология. Потому что работа в этих областях научного знания лучше оплачивается или речь идет действительно о вашем призвании?

– В начале меня больше интересовало общественное сознание как таковое. Пока не наступило время перестройки и выборов, которые открыли невиданные ранее возможности для социологии. Никогда еще так массово не проводились социологические исследования, охватывая огромное количество регионов. Где только я не проводил эти опросы! В результате все самые сильные социологи стали специализироваться на политической социологии (в первую очередь, на электоральной). Немаловажно, что эта сфера деятельности приносила быстрый финансовый результат. Я лично не ощутил экономического провала 90-х годов, потому что у меня в это время были сплошные выборы. Деньги хоть и небольшие, но постоянные.

– Как вы относитесь к шутливой фразе  “Врет как социолог”? А) Полностью согласны, Б) Категорически отрицаете «грязные инсинуации», В) Допускаете теоретическую возможность, что «кто-то кое-где у нас порой»?

Print– Вопрос, который вы поставили, находится на грани социологии как науки и общества, которым пытаются манипулировать заказчики некоторых социсследований. Эта же проблема возникла в США на последних выборах, когда социологов обвиняли в том, что они не смогли ничего предсказать. Я вам гарантированно могу сказать, что штаб Клинтон получал вовсе не те результаты, которые потом транслировались в публичное пространство. Просто для политиков всегда было соблазнительно использовать цифры для манипуляторных технологий. К социологии как таковой это не имеет никакого отношения, потому что социологи всегда получают достоверные результаты. Если только они – профессиональные социологи.

У социологии нет цели презентации результатов исследований в СМИ. Данные, которые публикуют СМИ, могут либо полностью отражать картину действительности, либо частично. А могут и полностью ее искажать. Но цель всегда только одна – управление социальными процессами, поскольку это и есть цель политики. С подобными претензиями в свой адрес мне приходилось сталкиваться, и они представляются мне не вполне справедливыми. Потому что никаких данных, которые бы вводили в заблуждение заказчика, я просто не видел и не знаю. Они всегда достоверные.

– Приходилось слышать, что социологи иногда пытаются угодить заказчику социологического исследования, задавая респондентам хитро сформулированные вопросы, как школьник подгоняет решение под нужный ответ. Вам есть, что сказать в ответ недоброжелателям?

– Одни и те же вопросы часто формулируются по-разному, чтобы получить срезы различных слоев общества. Конечно, я не беру случаи манипулятивной псевдосоциологии, когда опросы проводятся очень массово. Вопросы ставятся так, чтобы сформировать у опрашиваемого какое-то отношение к кандидату или какому-то событию. Это не есть цель социологии. Полученная в результате искаженная информация не поможет кандидату правильно понимать ситуацию. Заказчик утрачивает способность реально видеть картину, от которой зависит его будущее как политика.

– Говорят, что на выборах американского президента многие опрашиваемые социологами люди специально говорили неправду интервьюерам, что будут голосовать за Клинтон, а сами приберегли «фигу в кармане»…

– С точки зрения чистоты технологий, прошедшие выборы были самыми грязными. Против одного из кандидатов (в данном случае – Трампа) велась совершенно разнузданная кампания в СМИ. Там себе позволяли все, что в приличном обществе не было принято, включая откровенную ложь и передергивание фактов. Это касается и социологии. При этом штабы получали достоверную информацию о положении дел. Однако вовне транслировались абсолютно вздорные результаты с целью повлиять на неустойчивый электорат. Человек по натуре – конформист и всегда «прижимается» к большинству. Дескать, у Трампа никаких шансов нет.

klinton-trampДругой аспект – традиционная социология, снимая рациональный срез мышления избирателя, не могла получить информацию о его подсознательных установках. При вале информации, что никакой нормальный человек не может голосовать за такое чудовище как Трамп, у избирателей в сознании возникала блокировка. Он не мог признаться публично, что поддерживает кандидата, за которого приличные люди не голосуют. В итоге предвыборная социология зафиксировала неверную информацию. А избиратель, оказываясь один возле избирательной урны, голосовал так, как считает нужным.

Фото geometria.ru, facebook.com, stnmedia.ru, deviantart.net