Галина Клочкова: «Политика – искусство управления»

С директором частной школы им. Ломоносова, депутатом Законодательного собрания Нижегородской области, членом партии «Справедливая Россия» Галиной Клочковой мы знакомы со студенческих лет, поэтому, естественно, обращаемся друг к другу на «ты».
Сегодня вторая часть нашей беседы. Первую читайте здесь.

«Партия сказала «надо»…»

— Несколько депутатов Заксобрания зарегистрировались на выборы в Гордуму. Как ты думаешь, зачем им более низкий уровень?
— Я думаю, что есть решения, которые не депутатами принимаются – есть моменты партийной жизни. По себе могу сказать: больших трудов стоит объяснить, что ты принесешь больше пользы вне выборной кампании. Мне это удалось.

— То есть, тебе тоже предлагали в Гордуму пойти?
— Да. Я сказала: не могу пойти на одномандатный округ, потому что не собираюсь быть депутатом Гордумы. Я — депутат Заксобрания и не стану обманывать людей только потому, что партия попросила поучаствовать в выборах.
Это уже внутрипартийные договоренности. И если они согласились с решением партии о своем участии в выборах, могут согласиться – в случае победы — и с решением о депутатстве.

О правах и полномочиях

— А как ты оцениваешь влияние на предвыборную кампанию конфликта «Кондрашов-Сорокин-Шанцев»?
— Обсуждать этот конфликт, ставя всех на одну плоскость вообще нельзя – у каждого своя сфера ответственности. Судачить, как они там между собой взаимодействуют – это последнее дело, сродни бабушкам на лавочках. Надо смотреть, как каждый из должностных лиц выполняет свои обязанности.
Я думаю, что в любом раскладе – кто бы за кого ни выступал – это все равно проблема очень серьезной политики федерального уровня. Влияние федералов заключается в том, что рано или поздно (и дело не в личностях) возникает вопрос: а в чем смысл местного самоуправления? Не полномочия, а именно смысл? Почему из года в год на прямую линию президента страны идут вопросы о канализационных люках в каком-либо муниципальном образовании?
Уровень Заксобрания по большей части – уровень принятия бюджетных решений: что именно? Спорт, культура, образование, строительство, дороги – что? Там нужны люди, которые в состоянии посмотреть на ситуацию как бы немного сверху.
А депутаты Гордумы должны точно знать, сколько стоит освещение, как и куда обратиться, чтобы поставить светофор, как добиться изменения автобусного маршрута. У нас же о неработающих лампочках в подъезде говорят на выборах не в городскую Думу, а в Государственную, хотя там надо обсуждать глобальные вещи: что не так в государстве, как это законодательно изменить? Вот потом мы и получаем от депутатов Госдумы законы, над которыми все смеются: то мультфильмы запретить, то продукты уничтожить и прочее из этой серии. Ощущение такое, что людям нечего делать – все идеи в плоскости запретительства и хохмы. Но это же становится законами – и в этом наша беда!
Люки и лампочки – это как раз уровень муниципальных депутатов. Поэтому президент не раз говорил о том, что главные акценты надо сделать на местное самоуправление…

— …которое «самоуправлять» уже почти ничем не может, потому что область оставила городу только мизерную часть полномочий, забрав себе все остальные. Но если мы говорим, что МСУ должно стать реальной местной властью, то зачем Законодательное собрание, через которое проводились решения по отъему полномочий, их утвердило?
— В этом Заксобрании сложилась абсолютно уникальная ситуация, связанная с чрезвычайно высоким уровнем доверия правительству и лично губернатору. Имеется понимание: в условиях волновых кризисов есть человек, который очень мощно и последовательно набирает в том числе и федеральные ресурсы для развития области и, в частности, Нижнего Новгорода. А чтобы это происходило безупречно с правовой точки зрения, ему необходимы полномочия.
Политика – искусство управления. Есть спорные ситуации, конфликты интересов. Если мы говорим о том, что переданные полномочия позволят избежать бизнес-войн, то, наверное, пусть решает инвестсовет. Или: при строительстве аэропорта столкнулись с тем, что земля, которая понадобилась, частично находилась и в федеральной, и в региональной, и в муниципальной, и в частной собственности. Пока все утрясали, время шло. То же самое – со строительством стадиона к чемпионату мира. То есть, с такой точки зрения, одно окно для принятия решений – это правильно.
Но закон будет мониториться и, вполне возможно, что в него внесут изменения. Практика отмены не оправдавших себя решений у Заксобрания есть, и это вселяет некий оптимизм. Депутаты Гордумы имеют право обращаться в Законодательное собрание с вопросами, предлагать свои решения, выдвигать инициативы. Не могу сказать, что они всегда проходят, но если обращаются с аналогичными заявлениями несколько муниципалитетов – значит, тема общая, и надо что-то решать.

— Но Нижний Новгород – не любой другой муниципалитет области…
— Да, городом-миллионником управлять невероятно сложно. И мы, когда принимаем бюджетную долю Нижнего Новгорода по отношению к другим муниципалитетам, прекрасно понимаем, что этого очень мало. Городу крайне сложно развиваться, не имея свободного обращения с бюджетными ресурсами. Если везде по три копейки – ничего не получится. Поэтому хорошо бы, чтоб в Гордуму пришли люди, которым не все равно, которые в эти школы, поликлиники, парки водят детей и внуков.
Будут идеи, будет заинтересованность – думаю, что депутаты Законодательного собрания не станут «вставать в позу».
Еще раз повторю: на сегодняшний день Заксобрание работает в русле тех решений, которые есть у правительства, а у самих весьма ограниченный набор идей. Поэтому, если допустить, что выборы в Гордуму – это генеральная репетиция (об этом – в первой части беседы – «НС»), то у меня тогда вопрос: а кто на будущий год придет в Заксобрание? Люди, которые еще дальше от реальных проблем?

«Направо пойдешь – голову потеряешь»

— Давай все-таки вернемся к тому противоборству интересов, которое мы в очередной раз получили (хотя еще недавно казалось, что серьезных столкновений не будет).
— Пока я работаю в Заксобрании, мы неоднократно обсуждали конфликты в районах между главами законодательной власти и исполнительной.
В политической культуре есть право подать в отставку. В свое время, когда я была в СПС (партия «Союз правых сил» — «НС»), однажды – и не тайно! — проголосовали против Лихачева (сейчас Алексей Лихачев – первый замминистра Минэкономразвития – «НС»), и он спокойно сказал: «Хорошо, я принимаю это решение».
Однако у нас из-за того, что понятия «бизнес» и «политика» перепутаны, получается, что решения в политике принимаются, как в бизнесе: или по-моему, или никак. Но в политической сфере, которая напрямую связана с социальной, так не должно быть. Там может быть и три решения (как в сказке: «Налево пойдешь – коня потеряешь, направо пойдешь – голову потеряешь, прямо пойдешь – жив будешь, да себя позабудешь»).
И если глава администрации чувствует, что ему не хватает каких-то ресурсов, или не получается то, что должен был сделать, или в какой-то момент стало неинтересно, — можно признаться и попросить об отставке. Красиво было бы, мне кажется.

— Слухи разные ходят. В том числе, как и в случае с Булавиновым, говорят про подкуп депутатов.
— Я не знаю в Гордуме бедных людей. Почему-то мне кажется (я, конечно, могу ошибаться), что в данном конкретном случае дело не в деньгах. Просто включился какой-то позывной типа «свой-чужой». Я очень многих депутатов Гордумы знаю – они сознательно не уезжают из Нижнего, у них здесь бизнес, семьи, дети, внуки. Чего ради им продаваться?

— Ну, лишним-то никогда не бывает! Не Абрамовичи, в конце концов.
— А может, и бывает. Если тебя купили, потом трудно изменить репутацию.
Представь, что тебе говорят: держи два миллиона рублей и напиши заказную статью – облей грязью с головы до ног данного человека. А ты его давно знаешь и уважаешь. И что? Твой выбор, потому что если согласишься, с этим потом придется как-то жить.
И представить себе, что такое количество разных людей вдруг хором продались – нет…

— Все, что происходит, не разочаровало ли в политике? Собираешься ли на будущий год снова идти на выборы в Заксобрание?
— Для меня самое сложное в политике – то, что она лишена простых естественных эмоций. Первые два года я даже плакала, когда видела, что человек, которого я знала, говорит одно, а делает другое. Но если ты в какой-то момент испытал ощущение сделанного полезного дела (как это было с возвращением золотых медалей), понимаешь: «Ага, хоть что-то я могу». Но на постоянную основу не пошла бы, потому что моя работа в школе для меня – гораздо большая ценность. Как однажды сказал митрополит: «Не надо очаровываться, чтоб не разочаровываться». Слава богу, у меня не было очарования политикой.
Что касается следующих выборов. Я сейчас внимательно слежу за тем, как пойдут процессы на выборах в Гордуму, каким образом люди, желающие заняться общественной деятельностью, будут себя вести. Кто, с какими намерениями, с каким отношением к моему любимому городу, где у меня дети и внуки, туда придет.
От этого, в частности, зависит, приятно ли будет оказаться в следующем созыве Заксобрания. Но никаких романтических иллюзий у меня нет, и если увижу, что становлюсь просто частью каких-то политических игр, то останусь просто делать свое дело. Сейчас как профессионал я нужнее.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.