Блог редактора: 5 вещей, которые мы поняли на выборах сити-менеджера

Вчера состоялись выборы сити-менеджера, и каждый эксперт в городе считает своим долгом высказаться по этому поводу. Не претендуя на звание эксперта, я, как присутствовавший, попробую всё же выразить пять наиболее интересных вещей, на которые обратил внимание на этом заседании.

1. Дежавю

Серьезно — эту ситуацию мы видели вот буквально три месяца назад. Сценарий выборов сити-менеджера был до боли похож на сценарий выборов главы города:  есть кандидат, которого с настойчивостью отбойного молотка лоббирует область (тогда — Краснов, сейчас — Аверин), есть «ложный» кандидат, против которого и направлены усилия «шанцевских» с основным посылом «только не он!» (тогда — это Сорокин/Солонченко, сейчас — Миронов), и есть компромиссный кандидат, который побеждает — и, по большому счету, устраивает больше всех Сорокина, но не сильно противен и остальным (тогда — Карнилин, сейчас — Белов).

Говорят, в одну воду не войти дважды. Но, сдается мне, «областные» умудрились дважды сыграть с «городскими»  в одну и ту же игру — выставив совершенно непопулярного в городе кандидата, область проверяла свой «ресурс давления» на город. Однако реалии нынешней Гордумы таковы, что расклады в ней видны прямо со статистической вероятностью — дружественных области депутатов там ровно треть (28 голосов за Карнилина при 16 за Краснова, 30 голосов за Белова при 17 за Аверина). Остальные не то чтобы прямо аффилированы с Сорокиным, но у него явно больше способов так или иначе повлиять на них, чем у губернатора.

Впрочем, быть может, сыграть в эту игру им пришлось вынужденно (см. пункт 3).

2. Судья на ринге, который не только считает

Если представить нашу Гордуму как боксерский ринг, то у него два угла — «шанцевские» и»сорокинские». Условно можно еще считать еще одной стороной «полпредских», но это скорее что-то вроде рефери на ринге. Вот только это такой рефери, которому надоела бесконечная грызня боксеров, и он надел перчатки и временами колотит кого-то из бойцов. Особенно забавно то, что по правилам  бить рефери в ответ нельзя, и вообще результат зависит именно от него — поэтому с ним лучше дружить.

Я думаю, это причина того, что весь вчерашний сыр-бор проходил с явной оглядкой на  «рефери». Губернатор на заседание Городской думы в очередной раз не явился, делегировав вместо себя Романа Антонова — которого только ленивый из экспертов не называл «человеком полпреда в аппарате Шанцева«. Сорокин и компания же поддерживали Белова — главу района, который к полпредству также имеет какое-то неясное отношение (поговаривают о неких связях с А.Хинштейном через Олега Владимировича Сорокина, у которого Белов в свое время работал помощником). В общем, наша двусторонняя в последнее время политика стала отчетливо трехсторонней.

3. «Согласны ли вы, жених?»

Оглядку на полпредство хорошо иллюстрирует еще и тот факт, что и Белов, и Солдатенков, и Аверин, как уверяют многие источники, ездили проходить согласование в Москве. Что говорит нам о том, что кандидатура Солдатенкова до последнего рассматривалась как реальная (в отличие от тех же Миронова и Гаранина).

Вообще, как рассказывают, губернаторская сторона попросила Гаранина и Солдатенкова  снять свои кандидатуры непосредственно в день перед выборами — мол, это поможет победе Аверина. Не знаю, лично не присутствовал, но факт есть факт: снятие Солдатенкова фактически лишило происходящее интриги, переведя всё в плоскость «Белов или Аверин». Если выбор для депутатов Гордумы между Беловым и Солдатенковым имел  не вполне ясные последствия, то выбор между «своим» Беловым и «каменным гостем» Авериным просчитывался однозначно.

Лично мне снятие Солдатенкова кажется ходом скорее сорокинским, переломившим всю борьбу. Если же так «постарался», как уверяют аналитики, губернатор — то это ход из серии «А что будет, если выстрелить себе в ногу?» И так ему и надо.

4. «Никто меня не любит, никто не замечает»

Отдельно жалко Сергея Миронова — человека, за которого втайне болел наш обозреватель-либерал Илья Ворошилов. Почему болел — потому что идеи Миронов продвигал очень вдохновенные и либеральные. Процитирую статью Ильи Ворошилова «Что первым делом сделает сити-менеджер?«:

Есть большие опасения в том, что красивые реформы, описанные в программе Сергея Михайловича, ему просто не дадут провести, ведь во всех российских провинциях балом правит заскорузлый консерватизм. Даже молодую поросль коробит мысль о том, чтобы сократить количество районных администраций, оптимизировав число управленцев. Поэтому все эти идеи отвергнут условные Балакина, Растеряев, Амельченко и иже с ними.

Однако в текущих выборах его никто не воспринимал всерьз. Даже Роман Антонов, говоря о трех вышедших на финишную прямую кандидатах, о Миронове даже не упомянул, ораничившись фразами о Белове и Аверине.

В общем, чисто декоративные функции исполнял Сергей Михайлович.

5. «Карусели», подкуп и торпедный катер «Лазарев»

Упорные ходят слухи — голос депутата за кандидатуру Белова, мол, был неплохо «стимулирован» из расчета что-то около 15 миллионов на брата-депутата. Виктор Деменев пишет о каких-то разноцветных фломастерах и особых значках, которыми должны были якобы ставить свои волеизъявления наши слуги народа. Правда ли это?

Не знаю. Но занятно вот что.

«Депутат, у которого всегда есть вопросы» и главный возмутитель спокойствия в новой Думе Евгений Лазарев предлагал вещи, которые процедуру голосования сделают более прозрачной, а главное — отошедшей от привычного механизма. То есть такой, которая всякие хитрости сделает невозможными. Он предложил, напомню — поставить урну в зале и изменить состав счетной комиссии. Также он задал еще один неудобный с точки зрения махинаций вопрос — что происходит с использованными бюллетенями?

Общий ответ начальника юридической службы Думы Масловой свёлся к тому, что по регламенту надо голосовать в тайной комнате, а про судьбу использованных бюллетеней никаких предписаний нет. Тут же взвился Олег Сорокин: «Нас хотят подвести к тому, чтобы мы нарушили регламент и можно было оспорить результат сегодняшнего голосования в суде!» Тема про использованные бюллетени замялась, урну никуда не понесли, а состав комисии общим голосованием приняли прежний — Гойхман, Кузнецов, Сатаев, Пушкин, Гельжинис. Что любопытно — соотношения голосов за этих пятерых и против них были практически те же самые, что и на итоговом голосовании: около 30 за и около 15 против. Те же люди, что проголосовали за Белова, проголосовали и за привычный состав комиссии… Это ничего не доказывает, конечно, но пищу для размышлений дает.

В общем, если бы депутат Лазарев смог хотя бы изменить состав комиссии, это была бы уже победа, сравнимая с победой маленького торпедного катера, пускающего ко дну огромный авианосец. Но система устояла.

Что ж, посмотрим, что будет дальше.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.